?

Log in

ТРЕПАНГ [entries|archive|friends|userinfo]
Лев Оборин

[ userinfo | юзеринфо ]
[ was written | было написано ]

Links
[Links:| вконтакте facebook ask.fm twitter журнальный зал литкарта литрадио openspace википедия thequestion ]

(no subject) [Jan. 2nd, 2017|02:06 am]
Лев Оборин
[Tags|, , , ]

В сеть выложен «Воздух» № 2’2016. Как обычно, вывешиваю ниже свои рецензии из номера.

Оксана Васякина, Дмитрий А. Пригов, Ксения Чарыева, Олег Чухонцев, Сергей ШабуцкийCollapse )

Бонус: поэтические итоги года на «Горьком», где я также пишу о некоторых из этих сборников
Linkкомментируйте

Четыре песни декабря [Jan. 2nd, 2017|01:56 am]
Лев Оборин
[Tags|, , ]







Linkкомментируйте

Главные книги 2016 [Dec. 31st, 2016|02:47 pm]
Лев Оборин
[Tags|, ]

Поэзия

Елена Горшкова — Сторожевая рыба
Сергей Завьялов — Советские кантаты
Дмитрий Тонконогов — Один к одному
Алексей Королев — Вне
Римма Чернавина — Вспять к восхождению. Сивилла Космическая 2
Наталья Горбаневская — Избранные стихотворения
Ярослав Могутин — Термоядерный мускул
Тадеуш Ружевич — Они пришли увидеть поэта
Ксения Чарыева — На совсем чужом празднике
Оксана Васякина — Женская проза
Лета Югай — Забыть-река
Елена Сунцова — Точка шепота
Дмитрий Александрович Пригов — Советские тексты
Антон Метельков — Футляр
Алексей Кручковский — Сумма несовпадений
Уткоречь: Антология советской поэзии
Нина Ставрогина — Линия обрыва
Юнна Мориц — Лицо
Лида Юсупова — Dead Dad
Сергей Жадан — Все зависит только от нас
Аркадий Драгомощенко — Великое однообразие любви
Чарльз Резникофф — Холокост
Written in the Dark: Five Poets in the Siege of Leningrad
Сергей Соловьев — Любовь. Черновики
Алла Горбунова — Пока догорает азбука
Дмитрий Данилов — Два состояния
Василий Бородин — Мы и глаза
Уйти. Остаться. Жить
Трансфуристы. Избранные тексты
Геннадий Каневский — Сеанс


Проза

Александр Ильянен — Пенсия
Мария Голованивская — Пангея
Андрей Волос — Из жизни одноглавого
Кадзуо Исигуро — Погребенный великан
В.Г. Зебальд — Аустерлиц
Тони Дювер — Околоток
Иэн Макьюэн — Цементный сад
Анатолий Мариенгоф — Циники
Антуан Володин — Дондог
Hanya Yanagihara — A Little Life
Александра Петрова — Аппендикс


Дневники

Сэмюэль Пипс — Домой, ужинать и в постель


Нон-фикшн / Гуманитарные исследования / Литературоведение и критика / Эссеистика

Поэзия. Учебник
Сергей Солоух — Комментарии к русскому переводу романа Ярослава Гашека «Похождения бравого солдата Швейка»
Михаил Ямпольский — Пригов. Очерки художественного минимализма
Дарья Журкова — Искушение прекрасным. Классическая музыка в современной массовой культуре
Георгий Старостин — К истокам языкового разнообразия
Михаил Восленский — Номенклатура
Александр Иличевский — Справа налево
Юваль Ной Харари — Sapiens. Краткая история человечества
1913: год отсчета
Ben Lerner — The Hatred of Poetry


Философия

Мишель Фуко — Надзирать и наказывать. Рождение тюрьмы


Прочее

Дэниел Клоуз — Пейшенс
Адриан Топоров — Крестьяне о писателях


Традиционный вопрос: какие главные книги были у вас в этом году?
Link2 |комментируйте

(no subject) [Dec. 22nd, 2016|11:01 am]
Лев Оборин
[Tags|]

***
                            Лене Макеенко

Скорость, сохраняющая лицо,
узнаваемая в лицо —
ба и ка,
влетающие в облака
электронных гроздьев,
сословий слов,
противоречащих ледяному дождю:

кто дождется из намерзи этих плодов?

— я дождусь.
— я дождусь.

Скорость относительнее себя
никого не знает, но для других —
молния деятельного серебра,
поперек сшивающая круги.
Linkкомментируйте

(no subject) [Dec. 18th, 2016|12:27 am]
Лев Оборин
[Tags|]

***
Спор спорыньи с телом злака мучнистой росы с телом плода:
прение с прелой прелестью

врач длинноклюв и черен: со средних веков
одеяние неизменно

у врача есть скелет в шкафу его тела; его клоака
сеет доброе между визитами: «я помогу

я разнесу ваше семя я вас вылечу уже вылетаю»

белый помет на земле застывает гипсом:
medice cure te ipsum
Link1|комментируйте

Несколько фейсбучных заметок [Dec. 8th, 2016|06:06 pm]
Лев Оборин
[Tags|, , , , , , , , , ]

Петя:
— Мне нравятся все девочки на свете. Только жаль, что некоторые девочки питаются углем.
Петя собаке Тиме:
— Ты должен любить сам себя. Скажи мне, Тима, любишь ли ты сам себя?
Петя собаке Тиме немного погодя:
— Ты совсем обалдел. Если ты будешь так себя вести, я отдам тебя в «НЛО».

***
Троллейбусами часто управляют женщины — они добрее



***
Поинтересовался у Гугла, are ethnic restaraunts cultural appropriation, и узнал, что да, конечно же. В принципе, так оно и есть, и в гораздо большей степени, чем ношение сомбреро или описание в романе чужого социального опыта, но, кажется, никто не готов всерьез протестовать против суши и фалафеля.

***
Победа Трампа: в соцсетях в Америке наблюдается примерно то же, что было у нас в 2014 году по линии отношения к Крыму и войне с Украиной. Кто-то написал о крахе веры в «американскую исключительность», и это — вчуже — очень интересное чувство: чувство, что мир не имеет, так сказать, столицы. Земля как провинция.



***
И на обломках Фукуямы напишут наши имена.

***
Туман в Варшаве



***
Вроцлав.



***
Ссылки на «Горьком» (для памяти): 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12

***
Для большей памяти: письмо Ильдара Дадина из колонии.

***
Новые стихи Саши Цибули.

***
«Афиша-Мир» выпустила материал о лучшем в Москве; в том числе я там пою дифирамб «Фаланстеру».

***
Снилось, что Российскую государственную детскую библиотеку закрывают, а детей-читателей припахали к инвентаризации списываемых тысяч книг: слезы, внезапные детские воспоминания и оглушительные снимки в инстаграме.

***
Три персонажа



***
Литератопс (монструозный сайт с рейтингами книжных продаж, сайт-динозавр)

***
Зачем-то прочитал синопсис сериала «Бригада» (который не смотрел). До этого момента был уверен, что в конце Саша Белый замочил своих друзей.

***
Рассылка каких-то экологов в почте:
«Конец эпохи тигров: мы близки к победе!»

***
Читая «Шатунов», обратил внимание, что меня раздражает топос «хрен знает кто приехал в чужой дом и творит там хрен знает что», столь частый в русской классической литературе; мне кажется, что сейчас он выглядит совершенно противоестественно (более противоестественно, чем мамлеевские убийства: они для этой истории логичны, а вот постоянное тесное общение незнакомых — нет). А в XIX веке такие визиты были в порядке вещей, да и позже тоже. Инсуляция, разрушение общности, переиначивание института соседства? Или просто скучно живу?

***
Теория заговора для романа в духе Эко: пациентов Фрейда не существовало, он их всех выдумал.

***
Русскую космонавтшу в новом сериале National Geographic о полете на Марс зовут Марта Камень.

***
Как известно, истребление воробьев в Китае началось после того, как на китайский язык перевели сказку Чуковского «Тараканище»

***
Пишет нам Петя.



***
Дедлайн сурка

***
— Сегодня, — говорю я Пете, — дадут Нобелевскую премию по литературе. И папе очень интересно, кому дадут.
— Конечно, Ясику, — уверенно говорит Петя.
Немного помолчав:
— А это съедобная вещь вообще?
— Нет.
— Тогда, конечно, не Ясику.

***
Написал о «Песнях дракона» Владимира Динеца, обнаружил 82 неучтенных Нобелевских премии и поговорил с Ю.В. Манном.

***
Хороша культура.



***
Мы с Джен Хэдфилд читаем стихи друг друга



***
Мой вечер в Доме Пастернака, который я вспоминаю с теплотой и благодарностью — еще и потому, что на нем состоялся вокальный дебют Пети



***
Еще появилось полное видео круглого стола на «Гефтере». Прилепин, Ватутина, Украина, рукопожатность, институциональная критика! (А также роль Елены Горшковой в обучении чужому мышлению.)
Link2 |комментируйте

Фэйл-клуб [Dec. 8th, 2016|05:01 pm]
Лев Оборин
[Tags|]

Приснилось, что зван на какую-то официальную вечеринку, куда зовут за особо выдающиеся фэйлы — и мне срочно нужно понять, в чем мой фэйл. Ко мне подводят знакомиться человека в оранжевой робе, который говорит по-английски, что схлопотал длительное заключение, подняв неудачный мятеж. И тут я вдруг понимаю, что для того, чтобы правильно вписаться в эту компанию, нужно не совершить выдающийся фэйл, а удачно и многократно свой фэйл преувеличить. Я вспоминаю, что только что провально запускал игрушечную ракету, и уверенно говорю: «I am a rocket science engineer. Я только что уронил исследовательский космический корабль, который стоит миллионы, и не знаю, будет ли второй шанс запустить такой. С его помощью человечество могло победить болезни, вызываемые фтором». Вежливо окают, пропускают в банкетный зал. Вижу там А., он экзальтированно кричит, что купил грузовик для своего бизнеса за два с половиной миллиарда евро. «Ага, — думаю я, — переплатил за игрушку для ребенка».
Linkкомментируйте

Четыре песни ноября [Dec. 1st, 2016|03:49 pm]
Лев Оборин
[Tags|, , ]







Link2 |комментируйте

(no subject) [Nov. 20th, 2016|08:52 pm]
Лев Оборин
[Tags|]

***
уместность даров — как перья коров
но хитрое личико н.:
найдется дурак который за так
подарит ей имя и член

с тарелок едят рагу из котят
из вазы дурманит репей
с облавы отец привез поставец
и черные джинсы replay

уплачен налог и высекли слуг
от брата прислали рукав
и соком земли наливается луг
и смотришься — как хороша! — в

поднос
Linkкомментируйте

(no subject) [Nov. 20th, 2016|08:52 pm]
Лев Оборин
[Tags|]

***
Масляные зигзаги света на козырьках, сиротки-снежинки, прибившиеся к околышам. Государь император командует бис, и все повторяется: впервые в этой вселенной, до волосков, до фотона. Чудесное изобретение, господин Дагер, жалую вам тысячу золотых. Бис, еле слышно шепчет изобретатель.
Linkкомментируйте

Динец. Барнетт [Nov. 14th, 2016|06:49 pm]
Лев Оборин
[Tags|, , , , , , ]

Написал о «Песнях дракона» Владимира Динца. Увлекательная книга!

***
А тем временем скоро в «Культуре повседневности» — фантастически интересная книга «Джин. История напитка» в блестящем переводе Светланы Силаковой. Перегонные кубы алхимиков, детоубийства ради глотка скипидарного пойла, сатирические очерки Диккенса и Бонд, Джеймс Бонд. Книга для просто любителей выпить и для топовых миксологов. Спрашивайте на «Нон-фикшне»!
Linkкомментируйте

Ответ на замечания Евгения Абдуллаева [Nov. 1st, 2016|03:49 am]
Лев Оборин
[Tags|, , , , ]

Евгений Абдуллаев в новой статье об учебнике «Поэзия» много цитирует мой текст об этом учебнике на «Кольте» и задает к этому тексту вопросы. В частности, цитируя мои слова о том, что принцип выстраивания «хрестоматийной» части учебника «позволяет отойти от до сих пор превалирующей в образовании концепции литературы как истории гениев», он пишет: «Все это звучало бы убедительно, если бы названным принципом авторы „Поэзии“ руководствовались не только при представлении современной поэзии, но и поэзии двух предшествующих столетий. <...> Если бы из русской поэзии первой половины XIX века цитировался не только Крылов, Батюшков, Пушкин, Лермонтов, Баратынский, Дельвиг, Языков... а наравне с ними — Сомов, Бороздна, Подолинский, Розен, Бенедиктов».

Это соображение я почти готов принять: мне было бы очень симпатично присутствие в учебнике стихотворений Розена и Бенедиктова — хотя в нем вообще-то есть Федор Туманский. Но дело в том, что эти «малые», ныне прочно забытые поэты XIX века, за исключением, может быть, Бенедиктова, легко относимы к поэтическим течениям этого века; они не сделали в нем находок, повлиявших на развитие поэзии. В каком-то смысле это вина канона: говоря о прошлом, большинство из нас мыслит каноном, движется по тем руслам, которые он проложил. В ситуации с современностью у нас есть счастливая возможность этого не делать. Больше того, ситуация современной поэзии — экстенсивна. Это постоянный поиск обновления языка и смысла. Большинство поэтов XIX века не мыслили в этих категориях. Те, которые мыслили, остались в памяти. Сейчас этими категориями мыслят почти все, возможна даже сознательная работа с архаикой как новаторство. Это не значит, что все они равновелики Пушкину, Тютчеву и Блоку: это значит, что мир усложнился, в нем работает множество людей, результаты их работы различны и достойны внимания. В учебнике нигде не сказано, что его задача — сформировать новый канон: тот канон, который сложится «для широкого читателя», все равно оставит за бортом множество имен. Выбранная форма хрестоматии действительно может произвести подобное впечатление — но, по-моему, чтобы оно у кого-то возникло, этот кто-то должен быть заранее убежден в том, что цель составителей — пропихнуть своих друзей и знакомых в ряды гениев. Такая предубежденность у Абдуллаева есть.

«Снова думаешь — неужели талантливый критик (а Оборин — критик талантливый и думающий) не видит, что как раз присутствие „героев безусловного русского поэтического пантеона“ бок о бок с „актуальщиками“ и служит легитимизации последних?», — пишет Абдуллаев. На добром слове спасибо, но нет, не вижу. Точнее — да, вижу, но не в том смысле, в каком это представляется Абдуллаеву. Перед нами не разговоры о новых гениях, а примеры того, как существуют в современной поэзии те или иные жанры, формальные приемы, мотивы, авторские позиции, политическая/социальная ангажированность, нарративность и т.д. Все эти проблемы современны, и учебник легитимизирует разговор о них. Читатели учебника ведь читают его сейчас, правда? Задача ведь не в том, чтобы научить их писать «под XIX век» (учебник вообще не учит писать) и не в том, чтобы научить не читать дальше XIX века?
Абдуллаев пишет о текстах-примерах презрительно: «все эти опусы Рымбу, Скандиаки, Сафонова, Бородина, Чарыевой», а то и «Гатины и Барсковы», вот так, во множественном числе. Спасибо, что с прописной буквы. «Многие имена из авторов, печатающихся в „Воздухе“, мне вполне симпатичны — Херсонский, Фанайлова, Ровинский, Симонова, Порвин, Банников», — примирительно сообщает Абдуллаев. Если честно, я сомневаюсь, что он смог бы убедительно показать, чем Бородин и Чарыева хуже Порвина и Банникова. Но дело не в этом, а в том, что эта самая симпатия противоречит абдуллаевскому посылу: все заполонил «Воздух», деваться от него некуда. Абдуллаев убежден, что весь учебник затеян с целью легитимации авторов круга «Воздуха» — его удивляет только то, что «Воздух» отказывается в этом признаваться. Такое впечатление, что авторы журнала «Воздух» только в этом журнале и печатаются. В «Октябрь» или «Знамя», в зарубежные журналы и издательства Дмитрий Кузьмин, надо думать, кооптирует их по квоте. Отличный пример демонизации.

Отсекать в современном учебнике современную поэзию из тех соображений, что перед нами учебник, — примерно то же самое, что отсекать в учебнике по медицине или астрономии новейшие достижения в этих дисциплинах: дескать, генетическая инженерия — это все еще не проверенные финтифлюшки, а что Вселенная расширяется с ускорением, это еще бабушка надвое сказала. Во время обсуждения учебника на телеканале «Культура» Алексей Алехин вообще сообщил, что, по его мнению, вхождения в канон достойны авторы, со смерти которых прошло 50 лет. Если так, то мы только в этом году наконец узнали, что Анна Ахматова великий поэт и достойна быть «включенной в канон», а Бродскому придется еще тридцать лет подождать. Непонятно только, зачем с такой позицией вообще издавать журнал современной поэзии.

Впрочем, основная претензия Абдуллаева выявляется в конце его текста: «Круг „Воздуха“, точнее, его постоянные авторы, на мой взгляд, не модернисты и не наследники модернистов. Наследуют они совершенно иной традиции в русской литературе. Тоже, правда, достаточно почтенной. Это линия ученой поэзии, возникающей на стыке между стихотворством и научными — чаще всего филологическими — занятиями. <...> Востребован был другой тип поэзии, менее изощренный, более „демократичный“... Его „первые поэты“ и составляли национальный канон поэзии».

Иными словами: больно много умничают, слишком сложно пишут, а нужно по-простому. Непонятно, кого тут больше обижает Абдуллаев. Так и не названный круг «постоянных авторов»? (Это кто — Гали-Дана Зингер? Айзенберг, может быть, или Андрей Родионов? Или Полина Барскова, которая, да, ученый-филолог, но странно не видеть, что ее тексты — это не крючкотворство схолий, а попытка дать голос тем, у кого его отняли?) А может быть, тех самых классиков из национального канона? Большинство из них вообще-то были прекрасно образованными людьми — да-да, и Есенин тоже. То, что у них не было кандидатских корочек, не значит, что они не были филологами. Ахматовская пушкинистика занимает целый том собрания сочинений. Мандельштамовская критика устроена посложнее 90% сегодняшних эссе о литературе. Таким образом, претензия Абдуллаева тут — даже не в том, что напихали черт-те кого, а в том, что не напихали кого надо. Ну и где тогда имена этих современных демократов, претендующих на национальный канон? И почему в сложное время (слово «сложное» здесь безоценочно) канон должен быть упрощенным? И почему бы не поговорить о том, возможен ли такой канон вообще? Это вопрос, который учебник «Поэзия» предполагает, а Евгений Абдуллаев — кажется, нет.
Linkкомментируйте

Четыре песни октября [Oct. 31st, 2016|08:43 pm]
Лев Оборин
[Tags|, , ]







Linkкомментируйте

(no subject) [Oct. 28th, 2016|08:16 pm]
Лев Оборин
[Tags|, ]

***
— Говорят, вы трахали сипух?
(Голос от волнения потух.)

— Был солдатом. Был натуралистом.
Разводил костер особым свистом.
Ночевал в овраге, полном змей.
Врачевал абсцессы у тунгусов.
Различаю сорок девять вкусов
Найденных в зобу гуся камней.
Строил дом из палок и говна.
Пробирался с гирями в слоновник.
Знаю, где какая глубина
В Ориноко, как толочь саговник,
Поджидал в засаде леопарда,
Ел в тайге в лихие холода
Мясо заблудившегося барда,
Но сипух не трахал. Никогда.
Link2 |комментируйте

(no subject) [Oct. 26th, 2016|06:08 pm]
Лев Оборин
[Tags|]

***
Короли, мастера сторителлинга.
Их бастарды-наследники, гимнасты ритейла.
Вещи, помнящие
                       перебор их пальцев, нежно
сопротивлявшиеся биению
                                       голубых потоков,
оседают на полках
                             подруг, камергерских внучат,
грешат, опускаются, с тамошним
                                воздухом в морганатическом браке,
рассеваются копиями,
                              падают в миски умишек,
скверный свинец на школьных страницах
                                                 тщится золото передать —
спасает его. О, спаси нас, свинец —
кто последний?
                   Мужчина, у нас тут в порядке престолонаследия,
строго по номерам!
Linkкомментируйте

(no subject) [Oct. 19th, 2016|10:16 am]
Лев Оборин
[Tags|]

***
В Стратфорде умер Шекспир, а в Мадриде Сервантес,
а у меня распаялся фонарь,
чашка разбилась, подарок,
приходили напомнить про долг неприятные люди,
да, говорят, за речкой неможется овцам —
как бы не мор.
Что за день непутевый!
Linkкомментируйте

Четыре песни сентября [Oct. 1st, 2016|03:51 am]
Лев Оборин
[Tags|, , ]







Link1|комментируйте

Несколько фейсбучных заметок [Sep. 16th, 2016|04:30 am]
Лев Оборин
[Tags|, , , , , , , , ]

В эпоху жежешечки, по которой мне хочется ностальгировать, как сургутским бабусям по Советскому Союзу, людям бесплатно давали сабж. Да, у каждого был сабж! В нем можно было тонко пошутить или задать неверное ожидание, которое эффектно разрушалось дальнейшим текстом. А можно было вообще написать все, что нужно, в сабже, а ниже добавить: «Сабж». А в фейсбуке — выкусите хрен.

У вас чешется на месте сабжа? Возникают фантомные боли? (Для меня это еще как-то связано с тем, что американцы чаще дают стихотворениям название, а русские прикрывают их тремя звездочками, но все же тут другое. Посты — это проза.)

***
Из статьи о вологодских поэтах:

«И потому так легко читающему шагнуть вслед за Евленьей Виноградовой на новогоднюю улицу, где уже „ошкурен сочный мандарин“, вспомнить начало зимы („А помнишь, первый снег слетел, как сала шмат на сковородку?“)»

***
Одно из имманентных свойств концептуального искусства — а акционизм «Войны» к нему относится — мышление оппозициями, переворачиванием. Любовь к Путину и Володину можно трактовать как продолжение художественной стратегии: перерадикалить радикалов, того же Павленского. Параллельно этот жест может использоваться для внушения себе сильных чувств — выступление против освоенного и насквозь знакомого контекста (вам никогда не хотелось захайдить в фейсбуке всяческие беззубые проклятия и натужные остроты после очередных людоедских инфоповодов?). В этот момент привычка к переворачиванию и может привести в апологеты Путина. И у человека либо напрочь отключается критика собственных действий, либо он таким образом подтверждает свое выдающееся хладнокровие. В случае с Воротниковым можно было бы предполагать именно второй вариант, несмотря даже на дикие бытовые обстоятельства (в разговоре с Волчеком он подтверждает стремление действовать по правилам своей арт-группы, то есть речь не идет о приспособленчестве). Все это в любом случае довольно грустно, но вполне возможно, что взгляды Воротникова когда-то снова развернутся на 180 градусов.

***


***
Все ругают подлую «Гражданскую платформу», а Петя решил за нее голосовать, потому что он любит ездить на поездах.

***
— Видишь, Петя, — говорю я, — эта улица называется Горбуновская.
— Это, наверное, потому что Конек-Горбунок, — отвечает Петя.
— А тебе нравится Конек-Горбунок? Хочешь, я тебе сегодня его почитаю?
— Нет, мне он нравится не по книжке.
— А как? По мультику?
— Нет. Мне он нравится по причине.
— По какой причине?
— По причине красоты, — отвечает Петя.

***
Вайфай библиотеки Достоевского блокирует статью поэта Алейникова о Довлатове под названием «Добрый великан из старой сказки», так как она относится к категории «вредные привычки».

***
Хорошее эссе о великом стихотворении Фроста — с реконструкциями того, что мог бы написать Фрост, если бы имел в виду то, что имеют в виду его интерпретаторы (и трогательным подчеркиванием неконгениальности этих реконструкций)

***
Goodnight Moon



***
Дебютирую на «Горьком». Одиннадцать тысяч ссылок!

***
Петю интересуют монахи и песня «Братец Яков». Часто он просит поставить себе вот этот клип.
Побывав на днях в Троице-Сергиевой лавре, где из притвора выплывали благообразные черноризые старцы, Петя задал вопрос, приличествующий юному натуралисту:
— А где монах ест?
А сейчас он бегал по дому, завернувшись в простыню, пока ему не посулили сливы. Петя тут же закончил игру со словами:
— Когда дают сливы, монах раскрывается.



***
Новая Петина угроза:
— Иначе превратишься в Московскую область.

***
«Револьвер да зубная щетка — вот и все, что нам понадобится», — говорит Шерлок Холмс, отправляясь с Уотсоном на дело.
А зубной порошок? Холмс!

***
Ставим на плиту сразу два чайника; почему-то отчетливо напоминает ковбойскую стрельбу из двух револьверов.

***


***
Продолжаю читать Циолковского; Циолковский предлагает всю поверхность мирового океана покрыть плотами, на которых будут жить и выращивать себе еду люди (население Земли к этому времени составит 400 миллиардов человек), непокрытыми останутся только «каналы для судоходства».

«Что может дать это регулирование и это завоевание океанов? Во-первых, водные животные, не получая солнца, должны исчезнуть или сократиться до минимума: большое нравственное удовлетворение, ибо прекратятся страдания существ от хищных рыб, птиц и зверей, которые делают водные обиталища адом».


***
«В 1571 году служащий канцелярии Гродненского земского суда написал для своих будущих преемников „Не потреба тут ничого писат“. Позднее надпись была зачеркнута и отмечена другой фразой: „Але мне, што писал — насрат“»

(Википедия, статья «Западнорусский язык»)
Link3 |комментируйте

Джен Хэдфилд [Sep. 16th, 2016|04:06 am]
Лев Оборин
[Tags|]

(перевел во время русско-шотландского семинара в Москве)

ГУЛКАЯ ЛОДКА

Темень уже под стать
настоящей ночи. Дети
играют на Гулкой Лодке —
ксилофоне, в который
был превращен старый йол —
вертко ходивший в суровом
море, он оперился
с легкостью, в одночасье
стал инструментом,
ночью сочащим
эти сырые ноты.
Его медные трубки
подогнаны точно по
ширине: в середине
ноты глуше, и два ручейка,
повышаясь в тоне, взбегают
к корме и носу, к высшей
ноте брештука —
точки, в которой борта
вливаются в штевень.
Что такое живет в этом месте,
что вещи мгновенно
доцветаются до своей
подлинной сути?
Инструмент — это лодка,
ноты незвонки,
неяркие диски
детских налобных фонариков
вьются над медью трубок.
Может, мы слышали, как
в бухте плескались тюлени,
отвечая на хлоп-
ки ладоней девчонок.
Вряд ли они ревели
на свой заунывный манер —
это "здесь" было миром —
не даются в руки слова,
их эхо расходится
йодлем сквозь время.
Можно было бы не писать,
но пора было ехать.


(оригинал здесь.)
Linkкомментируйте

(no subject) [Sep. 4th, 2016|07:29 pm]
Лев Оборин
[Tags|]

***
Клеть подфонарная, крашеная давненько, краска на гранях повытерлась — сколько в тебе седоков, каково их квантовое состояние? Медики с нессессерами не советуют высунуть нос — по улицам тянет морозцем лимнологической катастрофы. Черный шумный всхлип из-за окон, предвестие обморока битломанок, которому не случиться. Как выуженный из будущего Траволта, на пустой безвоздушной улице озирается Джек Потрошитель.
Linkкомментируйте

Четыре песни августа [Sep. 2nd, 2016|10:35 pm]
Лев Оборин
[Tags|, , ]







Linkкомментируйте

(no subject) [Sep. 2nd, 2016|11:39 am]
Лев Оборин
[Tags|]

***
Электричка въезжает в столицу — силовые линии денег, натянутые по стране, ближе к центру сгущаются, выдавая наличие крупной массы. Дома стоят вдоль линеек, деления призрачны, неравномерны, все шоссе рублевские. Электричка нейтральна: в левой части уравнения грохот и пыль, в правой части в пешей доступности станция Лось.
Linkкомментируйте

(no subject) [Sep. 2nd, 2016|11:38 am]
Лев Оборин
[Tags|]

***
Календарь определяет и бытие и сознание: замечательно, что вчера не было знаков старения в кронах деревьев, гриб по-иному рос, в движении насекомых не было признаков доживания. Рукотворные вещи чуть выше в соревновании за путевку на четверых в идеальный мир. Вот ветряк нарасхват: помогает по геометрии, готовит к полетам, катает воздушных детей, что подставили — отсекает. Вот забор из металла — не любят, но уважают, он граница и здесь утвердился. Вот жидкость для розжига — неумолима, как нечистая совесть. Даже лопнувшая банка консервов — теневая торговля, миграция населения, и карающая рука урбаниста не понимает, что подписалась на роль зимы.
Linkкомментируйте

(no subject) [Aug. 29th, 2016|04:11 pm]
Лев Оборин
[Tags|]

ЦИННА

не был ли я близнецом
друга, который сегодня
в сумраке, стоя между
псом и волчицей,
звал меня пировать —

вином соблазнял медвяным,
заманивал хлебом с тмином,
равеннской спаржей,
розовую султанку
взвешивал на весах, —

не был ли я, с асцедентом
в Весах, близнецом его, тайным
плодом Аврелии? — только
не чтил я Марса,
и молчат Близнецы —

больно, больно —
передо мною люди,
не знающие размеров,
в руках не державшие свитка,
не обученные письму, —

гибну, совпавший не мыслью,
не звездной картой, а лишь
именем, как в известной
комедии Плавта —

что за бешеная комедия,
непрошеное камео,
оставьте, клянусь Каменами,
мои стихи не дурны
Linkкомментируйте

Родная речь, вопросы и задания [Aug. 15th, 2016|05:41 am]
Лев Оборин
[Tags|]

                          Андрею Черкасову



  ***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***
Link2 |комментируйте

navigation
[ viewing | most recent entries ]
[ go | earlier ]